Санация банков очистила рынок от мусорных евробондов

Фото Getty Images

В этом году число дефолтов по рублевым облигациям оказалось минимальным за три года, а по российским евробондам их и вовсе не было, следует из данных Cbonds. Однако это лишь означает, что долговой рынок сжался из-за ухода плохих заемщиков и отсутствия новых выпусков, считают эксперты

В 2018 году было минимальное число дефолтов на рынке рублевого долга за последние три года. Всего было допущено 100 дефолтов по выпускам российских облигаций, из которых 6 технических и 9 — это неисполненные оферты, следует из данных Cbonds. В 2017 году число дефолтов составило 103, из них 2 — это технические дефолты, а 11 — неисполненные оферты. В 2016 году инвесторы не получили выплаты по 104 выпускам, в семи случаях это были технические дефолты, а в восьми — неисполненные оферты.

Крупнейшие дефолты в этом году были допущены по выпуску «О1 Груп Финанс» объемом 13,9 млрд рублей, ДВМП (FESCO) и «Инвестпро» — по 5 млрд рублей. В 2017 году в тройку лидеров входили облигации «РГС Недвижимость» (выпуск на 5 млрд рублей), «Инвестпро» (4,5 млрд рублей), а также выпуск «РГС Недвижимость» на 3 млрд рублей. В 2016 году крупнейшие дефолты допустили Резервная трассовая компания (4,5 млрд рублей), Угольная компания «Заречная» (3 млрд рублей) и «Трансаэро» (3 млрд рублей).

На российском рынке евробондов, по данным Cbonds, в этом году дефолтов не было, тогда как в 2017 году расплатиться с инвесторами не смогли пять эмитентов, в том числе три банка — Татфондбанк, «ФК Открытие» и «Пересвет». Остальные две структуры, впрочем, являются «околобанковскими» — Russian Standard и «Открытие Холдинг». В 2016 году дефолты допустили 6 эмитентов, среди которых четыре банка — Внешпромбанк, «Траст», «М2М Прайвет», Татфондбанк, а также две компании — Приморское морское пароходство и ДВМП (FESCO).

По словам генерального директора УК «Арикапитал» Алексея Третьякова, крупнейшие дефолты прошлого года были допущены по субординированным еврооблигациям банков «ФК Открытие» и Промсвязьбанк.

«На мой взгляд, главное изменение на российском рынке еврооблигаций в том, что с него фактически ушел частный банковский сектор. В 2018 году новые выпуски были лишь у Альфа-банка и Совкомбанка, и то у последнего они были предназначены для внутреннего рынка. Санации практически убрали частный банковский сектор с рынка зарубежного долга, а крупные госбанки не могут на нем занимать, так как находятся под санкциями», — отмечает Третьяков. При этом добавляет, что крупные российские корпорации хорошо себя чувствуют на рынке валютного долга благодаря хорошему финансовому состоянию и высокой платежеспособности

По словам Третьякова, санация частных банков через ФКБС в 2017 году ударила и по рынку рублевого долга. Эта процедура подразумевает сохранение платежеспособности банка по несубординированным долгам, однако при этом происходит дефолт у аффилированных структур, как это было с «Открытие холдингом» и «РГС Недвижимость», компаниями группы О1, поясняет финансист.

Рынок евробондов в России сжался: «плохих» эмитентов с него убрали, а новых выпусков мало — как по причине санкционного режима, так и ввиду отсутствия инвестиционной активности у компаний, констатирует старший аналитик по финансовым рынкам Райффайзенбанка Денис Порывай.

«Единственные, кто хотел бы занимать — это банки для пополнения капитала, однако инвесторы помнят 2017 год, и доходность по таким инструментам не была бы комфортной для эмитента: учитывая сложившуюся практику обращения с субординированными инструментами, инвесторы запросили бы значительную премию», — говорит эксперт.

По его словам, 2017 год поставил крест на привлечении капитала за рубежом для большинства эмитентов из банковского сектора — инвесторы не рассчитывали на изменение законодательства (в частности, утратил силу закон о несостоятельности кредитных организаций № 40-ФЗ) и на произошедшее списание долгов эмитентов, для которых событие банкротства не наступило, поскольку возможность такого исхода не была прямо прописана в документации к выпускам.

В целом, ситуация в финансовом секторе не улучшилась — с него просто уже «вымело» наиболее неустойчивые компании, при этом в 2018 году не случилось никакого шока, который мог бы стать катализатором для новых дефолтов, считает Порывай. «К тому же в этом году произошло некоторое улучшение макроэкономической ситуации благодаря высоким ценам на нефть, но, если в 2019 году положение экономики ухудшиться (мы ждем замедление темпа роста ВВП), можно будет ожидать и увеличения числа дефолтов», — заключает он.

Источник