«Государство обязано держать слово»: почему поворот в деле Израйлита не успокоит бизнес

Морской торговый порт Усть-Луга в Ленинградской области. Фото Сергея Николаева / ТАСС

Прокуратура сообщила, что спецдекларацию в рамках амнистии капитала по делу Валерия Израйлита исключат из списка доказательств вины бизнесмена. Это вряд ли успокоит бизнес, ведь сведения из декларации уже фигурируют в деле. Чтобы вернуть доверие бизнеса, нужны более серьезные шаги

На этой неделе стало известно об отказе прокуратуры использовать в качестве доказательства специальной декларации по делу Израйлита.

Валерий Израйлит — совладелец компании «Усть-Луга», которая строила терминал в порту на побережье Финского залива в Ленинградской области. Израйлит обвиняется в мошенническом хищении 208 млн рублей, валютных махинациях на 190 млн и легализации преступных доходов. А ФСБ считает его причастным к причинению ущерба 3,4 млрд рублей компании «Транснефть». Основным доказательством в деле являлась спецдекларация, которую Израйлит подал летом 2016 года в рамках добровольной амнистии капитала, писало петербургское издание «Фонтанка». В ней он составил полный список своих заграничных активов. По закону сведения в декларации являются налоговой тайной. Но ФСБ изъяло ее и использовало сведения из документа в качестве доказательства вины бизнесмена.

8 октября Смольнинский суд Петербурга начал рассмотрение дела по существу. И на заседании прокурор заявил, что исключит из списка доказательств специальную налоговую декларацию Израйлита, уточнив, что она была включена в обвинительное заключение «излишне», сообщила «Фонтанка».

Не будучи знакомыми с материалами дела, невозможно давать какие-либо комментарии по существу. Но в общем можно сказать, что частью 3 статьи 240 УПК РФ предусмотрено, что приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Таким образом, если ни одна из сторон не представит суду налоговой декларации и документов к ней, то указанное доказательство будет считаться неисследованным. А приговор суда не может быть основан на таком доказательстве.

Попытка использовать в качестве доказательства информацию из декларации — это прямое нарушение закона «О добровольном декларировании….». Часть 4 статьи 4 данного закона прямо говорит, что сведения, содержащиеся в декларации и документах и (или) сведениях, прилагаемых к декларации, не могут быть использованы в качестве доказательства в рамках уголовного дела. Статья 50 Конституции РФ прямо предусматривает, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.

Конечно, хорошо, что прокурор заявил, что специальная декларация в процессе оглашаться не будет. Но сведения-то уже использованы в других доказательствах и фигурируют в деле. При таких обстоятельствах все доказательства по делу должны быть признаны недопустимыми. Дело должно быть прекращено за отсутствием события преступления.

Проблема в том, что после таких историй становится очевидным: предусмотренные законом гарантии просто не работают. В результате бизнес все меньше и меньше доверяет государству. В здоровой экономике так быть не должно, государство обязано поддерживать и защищать бизнес, держать слово, только тогда будут появляться рабочие места, расти инвестиции, повышаться уровень жизни.

Заявление прокурора вряд ли успокоит бизнес. Только если дело прекратят, перестанут в качестве меры пресечения применять заключение под стражу в отношении предпринимательских статей и самих предпринимателей, доверие может начать возвращаться.

Для возвращения доверия бизнеса Уголовный кодекс должен быть реформирован в сторону смягчения предпринимательских статей вплоть до полной отмены таких нерыночных составов, как 193 (невозврат средств) и 193.1. (перевод на счета нерезидентов по подложным документам). Движение капиталов должно быть свободным.

Источник