«Газпром» и его друзья: что стоит за сделкой с акциями газового монополиста на $3 млрд

Газпром Фото Евгения Разумного / Ведомости / ТАСС

«Газпром» продал свой второй пакет квазиказначейских акций одному покупателю. В чем смысл подобной сделки и почему она произошла не напрямую, а через имитацию биржевой продажи?

Продажа квазиказначейских пакетов акций «Газпрома» дважды единым лотом в одни руки через биржу поднимает вопрос: зачем имитировать биржевую продажу, если можно просто продать кому-то напрямую, не организовывая публичного сбора заявок.

На этот вопрос есть несколько возможных ответов, а истину мы вряд ли скоро узнаем. Один из ответов простой, банальный и в известном смысле бессодержательный: просто работает бюрократическая машина, которая, как часто бывает в России, пытается имитировать рыночные — или, в случаях другого рода, демократические — процедуры. В процесс согласования, принятия решения, организации сделки вовлечено много людей, и на всех уровнях им говорится: «Сделайте так, чтобы было красиво. Сделайте так, чтобы были соблюдены правила». Они и делают это в меру своего понимания, по дороге доказывая свою важность, делая максимально длинно, зато «рыночно». У нас в стране и президента выбирают (и там тоже происходит «публичный сбор заявок»), хотя всем заранее ясно, кого выберут и почему. Так что здесь нет ничего нового.

Другой возможный ответ таков: тот, кто назначен покупателем этих акций, не может или очень не хочет пойти через механизм частной сделки, поскольку для публичной компании, такой как «Газпром», этот механизм слишком открыт: при продаже такого пакета казначейских акций надо показывать, кто их купил, каковы условия, откуда деньги у покупателя. А если покупатель по тем или иным причинам, скажем мягко, совсем не хочет светиться, то проще пройти через анонимизацию, механизмом которой является биржа. Public placement, и не задавайте никаких вопросов. Это торговая площадка, и эмитент не обязан знать, кому ушли акции.

В подобной конфигурации нет ничего нового. Акции «Роснефти» в свое время тоже нельзя было передать напрямую тем, кто в итоге получил над ними контроль. Надо было, чтобы один российский банк дал кредит другому российскому банку, тот передал средства банку иностранному, последний дал кредит Glencore и Суверенному фонду Катара. Покупатели вроде бы приобретали для себя, что дало возможность написать соответствующий отчет о том, что доля в «Роснефти» продана уважаемым иностранцам. Но мы знаем, что произошло: деньги-то российские, и бенефициары совсем не из Залива.

Вообще спрашивать аналитиков, что «на самом деле» произошло, бессмысленно. На Западе, когда происходит нечто подобное, нередко организуются специальные расследования. Их ведут целые бригады специалистов, журналисты, следователи, которые работают месяцы и только потом представляют отчеты с версиями. Что может сказать один непосвященный человек, только что получивший новость о такой сделке?

Зачем покупатель купил акции — тоже вопрос, ответа на который мы не получим. Возможно, его «назначили» покупателем в интересах каких-то третьих лиц. Возможно, он получил право на высокие дивиденды, которые в последнее время платят государственные компании по решению правительства. Наше государство четко заявило, что госкомпании должны платить высокие дивиденды. Если покупатель, например, занял деньги у госбанка под эту сделку, то он легко может за счет низкой ставки кредита просто получать почти арбитражную прибыль каждый год: возможно, это даже некое «кормление» для правильного человека или семьи, способ «вознаградить за службу».

С точки зрения дивидендной доходности «Газпром» выглядит достаточно перспективно: газовый бизнес идет, объемы будут увеличиваться. Почему бы не получать дивиденды, тем более, если владелец пакета или его покровитель сможет сам участвовать в определении их величины.

Пакет акций «Газпрома» в $3 млрд ушел в одни руки
«Поделят между своими»: чего инвесторы ждут от крупнейшей продажи акций «Газпрома»
Структуры Ротенберга не собираются участвовать в покупке акций «Газпрома»
В Катар и обратно: часть госпакета «Роснефти» может вернуться в Россию
ВТБ мог тайно профинансировать продажу доли в «Роснефти»

Источник